browser icon
You are using an insecure version of your web browser. Please update your browser!
Using an outdated browser makes your computer unsafe. For a safer, faster, more enjoyable user experience, please update your browser today or try a newer browser.

Зазеркалье или дорога к звезде «ля Мерико». гл.1

Posted by on 27.06.2013

иллюстрации (1)

начал

ваше мнение о книге

ЗАЗЕРКАЛЬЕ  

Глава ПЕРВАЯ

БОРОДА

 

   Был обычный, ничего не предвещающий, день. Солнце, как всегда взошло на востоке и, скорее всего, собиралось зайти на западе. И было бы все как обычно, если б не одно обстоятельство: сегодня последний день, когда Он должен рассчитаться со своими кредиторами. Да и «кредиторами» их назвать очень сложно —  обычные бандиты, которые, как присуще их бизнесу, хотели стянуть с него деньги, объясняя свои действия его «неправильным поведением» (на их взгляд!) в определенной ситуации, к которой мы вернемся позже.

Проснувшись, он медленным, сонным шагом направился в ванную, где, как всегда, хотел совершить свой «утренний моцион», в котором самой мучительной процедурой являлось
бритье. С детства ему хотелось иметь бороду. Еще юношей он с томительным ожиданием всматривался на себя в зеркало с надеждой увидеть первые признаки растительности на лице. Но по непонятным причинам именно то, чего больше всего хочется, заставляет себя долго ждать… И вот, о чудо — первые признаки «всходов», а впоследствии богатого урожая, появились, как говорится, «на лицо». И опять же, что-то помешало сбыться его мечте — сначала институт, где необходимо было иметь «вид  старательного студента», а потом, уже после окончания института, тот же вид, но уже «старательного молодого специалиста». Надо сказать, что и выбор института, и выбор работы после института принадлежали не ему. Сперва это была воля отца, а потом  обстоятельства, сложившиеся во время учебы в институте. А вот уже этими «обстоятельствами» стало его неуемное желание добиться чего-то большего и необычного в жизни и карьера, которую, как известно, или, по крайней мере, общепризнанно, нужно делать (как и беречь платье) смолоду…

Взглянув на себя в зеркало, он вдруг понял, что всю свою жизнь подчинялся обстоятельствам, законам (как без них?), этикету,  начальству, своей бывшей жене и вообще всему, всему прочему. Всему  прочему,  без которого, как ему показалось (нет! в этом он был уже уверен!), его жизнь была бы другой: интересной, насыщенной и не такой пресной. Собственно говоря, его проблемы с вышеуказанными кредиторами тоже были из той же, как говорится, оперы. Дело в том, что еще, будучи ребенком, он зачитывался фантастикой. И первой книгой подобного жанра оказалась книга  Конон Дойла » Янки при дворе короля Артура». Довольно примитивное описание средневековья и человека нашего времени попавшего волею случая в прошлое. Сама по себе книга, как и события в ней описанные, со временем стерлись из его памяти, но… Но возможность побывать в прошлом, человеку вооруженному знаниями сегодняшнего дня,   вот что его манило в детстве. Именно поэтому в далекие юношеские годы он находил в себе силы отказаться от нормальных для своего возраста развлечений и сидеть за учебниками. Именно это заставляло его впоследствии, уже в более зрелом возрасте, интересоваться новостями  научной литературы. Он даже построил и оборудовал на свои скромные  сбережения кое-какую, но вполне современную, лабораторию.  Эта лаборатория была для него вторым я — там он  мог проводить бесконечно много часов, не замечая течения времени, а выползал оттуда только тогда, когда те же «обстоятельства» в виде основной работы, которая и давала ему эту возможность: забывать о времени; и жены,  заставляли его вернуться в мир реалий. Правду сказать, жену он терпел недолго: трех месяцев хватило, чтобы осознать свою ошибку и признать — семья не для него, как сказала ему на прощание его «половина», уходя со своим кавалером, с которым была знакома, по всей видимости, более трех «замужних месяцев».

Так вот, именно этот кавалер и встретился нашему «страдальцу от обстоятельств» (как он сам себя мысленно называл) полгода назад совершенно случайно в его любимом баре, в который тот тоже имел привычку заходить.

Можно сказать, что наше повествование как раз с этого момента и можно было бы  начать, опустив всю эту ахинею о его неисполненных желаниях и о коварных обстоятельствах, не дающих бедняге отпустить бороду. Но, ведь, из-за бороды все и началось…

Дима Смит, согласитесь, довольно странное сочетание славянского имени и английской фамилии, которая переводится, как «кузнец» и является самой распространенной в мире при переводе на разные языки. А это и есть наш «страдалец от обстоятельств», жаждущий бороды и так сильно нежелающий бриться этим не очень радостным, но совершенно обычным утром; стоял перед зеркалом и тупо смотрел на свое изображение. В голове проносились воспоминания о последних месяцах его жизни: у него было дивное ощущение, что это все уже было. Сейчас модно называть подобное явление «дежа-вю». Но в тот момент его совершенно не интересовало, как называется его состояние.  Дима понимал, что в жизни настало время, когда необходимо что-либо изменять. Что именно — он знал всю свою сознательную жизнь. Но всякий раз, когда он собирался «все изменить и начать с начала» его кто-либо или что-либо останавливало. В какой-то момент пришло сознание, что на самом деле ему ничто не мешает, а он просто уже привык подчиняться кому-то или чему-то.

В тот памятный день Дима пошел в бар с желанием первый раз в жизни напиться. Но и это у него не получилось! Хочется сказать:  » Как всегда!» В жизни все бывает когда-то в первый раз. Так и у нашего героя что-то произошло в первый раз… Правда, опять же не то, что ему хотелось…

А вот что: в баре он встретился с другом своей бывшей жены и имел с ним разговор. Но не сам факт разговора, а с кем и о чем: составляло интерес и перевернуло все его представления о себе самом.

Молодой человек, назовем его Фрэнк (напоминает английское friend,  что означает «друг»).  Но это не про Френка — другом он никогда и никому не был. Про таких, как он говорят: «сам себе на уме». Правда, он умел «петь соловьем», если ему это было выгодно или необходимо кого-то расположить в свою пользу. Понятие порядочность претерпело в нем большие коррективы и изменения. Правильно, хорошо и порядочно было лишь то, что могло быть полезно, удобно и выгодно ему самому.

Не изменил Френк своим принципам и в этот раз. В разговорах с Люси, бывшей мадам Смит, Френк узнал, что Дима проводит эксперименты по сжатию времени и пространства. Надо сказать, он имел весьма смутное представление о том, как может выглядеть научная работа вообще, а сжимать умел только кулаки. Правда, последнее ему приходилось  делать довольно часто на заре своей юности, пока не обзавелся собственной бандой: тогда еще состоявшей из нескольких головорезов, таких же, как и он, но отличающихся от него полным отсутствием, фантазии и умения предусмотреть последствия своих «героических поступков». Поступков, из-за которых им приходилось иметь дело довольно часто с органами правопорядка. Теперь же Френк был, как он сам себя называл добропорядочным налогоплательщиком. Хотя  о некоторых статьях своего бизнеса  он предусмотрительно не указывал в декларации о доходах.

Однако, не понимая и не зная, что такое научная работа и сжатие времени,  Френк сразу сообразил, что такое время, которого ему, как и всем людям, катастрофически не хватало. А сообразив, он по своей привычке: ничего не откладывать в «долгий ящик»; тут же отправился в тот бар, где часто за чашечкой кофе и партией  шахмат с хозяином заведения, просиживал по вечерам Дима Смит.

Не будучи обученным, дипломатическим приемам, и не имея ни малейшего представления о вступительной беседе, Френк сразу же после приветствия; если слово «привет», произнесенное под нос и скороговоркой, можно назвать приветствием; перешел к интересующей его теме.

Научная деятельность Димы Смита была связана с физикой полупроводников, распространением электромагнитных волн в низкотемпературной среде при сверхпроводимости, то есть температур приближенных к 0*К(-273*С), если точнее 4 градуса по шкале Кельвина. Это температура, при которой газ гелий становится жидким, и по капиллярам сам поднимается вверх под действием сил поверхностного натяжения, то есть сверхтекучесть. Когда  услышав, что такой человек,  как  Френк интересуется его работой (я специально несколько подробно описал аспекты его деятельности, чтобы показать, как скучно это все для простого человека), Дима был, мягко сказать, сильно удивлен — чтобы не сказать, ошарашен. Но удивление его было еще больше, когда он понял, что не основная его научная деятельность интересует этого экстравагантного молодого человека. Меньше всего  Дима ожидал, что этот «дон Корлеоне» может заинтересоваться его работами, связанными со временем и пространством. Чтобы человек, который понятия не имеет о  физике элементарных частиц и о том, что наука физика изучает вообще; человек, который перепутает даже физику с физиологией; заинтересовался вопросами, достойными самого Эйнштейна?..

Френк же; не открывая своих истинных причин столь странной, на взгляд Смита, заинтересованности; объяснил, что, дескать, хочет вложить капитал в науку. Это, по его мнению, «самый выгодный вклад капитала» и т.д. и т.п. При словах «вклад капитала» Дима сразу насторожился — ему действительно постоянно не хватало денег на обновление оборудования. А тем более сейчас, когда он был так близок к завершению своей работы.

Разговор очень быстро перешел в денежно-договорное русло. Френк умел расположить к себе людей — его «песни соловьем» всегда находили благодарные уши. Дима Смит не был исключением. И уже в этот  же вечер они оба сидели у Димы в лаборатории, где хозяин с увлечением рассказывал о своих достижениях. Правда, его аудитория, состоявшая из одного слушателя, с трудом закончившая общий курс средней школы при детской исправительной колонии, могла понять не более 5-ти процентов от сказанного.  Но и  эти пять процентов стали достаточными, чтобы Френк еще больше укрепился в своем мнении о правильности, принятого им решения.

И вот теперь, когда Дима был завязан с Френком и его кампанией деньгами и его работы практически были закончены, Фрэнк совершенно неожиданно заявил, что хочет получить свои дивиденды от вложенного капитала. А деньги были вложены немалые. Без этих денег Смит никогда бы не смог поставить у себя самое новое оборудование и так быстро подойти к заключительному этапу. Собственно,  дивиденды, о которых упоминал Френк, выглядели не в виде денег. Вопрос с деньгами и даже с  большей частью долга Дима смог бы  решить — во время их, так званной совместной деятельности, он сделал несколько «грандиозных открытий»- именно так их окрестила, падкая на всякие сенсации, пресса. Истинную значимость его работ сможет показать только время. А вот денежный эквивалент выглядел довольно круглой суммой, тем более что это все сразу внедрялось. Один только эконом эффект исчислялся суммой со многими нолями после единицы.  Одним словом, Дима Смит в настоящий момент был уже более чем состоятельным человеком, капитал которого постоянно рос без его непосредственного участия.

Дело же обстояло в совершенно другом  — адвокаты Фрэнка составили так договор, что результаты исследования Димы Смита принадлежали полностью Френку. А результатами исследования, как они заявили, были и все его «грандиозные открытия». Иными словами Дима становился просто нищим, даже без дома. И вот через два с половиной часа к нему придёт Фрэнк со своими головорезами…

Опять всё те же «обстоятельства», как ураган, как буря, как тайфун проносятся над ним, круша все его планы и разрушая в очередной раз его ество.  Ну, нет! На  этот раз, глядя на своё изображение в зеркале, Дима неожиданно для себя увидел другого человека. Этот человек  был очень похож на него, но только у него лихорадочно блестели глаза, в которых первый раз в жизни проступала воля и желание быть самому автором и режиссёром своей жизни.

Первым делом он взял в руки бритву, посмотрел на неё внимательно — будто бы видит в первый раз…  Вся ненависть, накопившаяся в нем за его жизнь, выплеснулась на это невинное изобретение цивилизации… Через секунду оно отправилась в муссорник. Следом туда же полетели все принадлежности связанные с этой столь ненавистной ему процедурой, как бритье. Да здравствует борода! Ему стало заметно легче. Однако для полного освобождения этого было недостаточно — часы упрямо показывали течение времени… Оставалось менее двух часов. Вдруг в голове у него что-то загудело, зазвенело и… тишина. Он медленно поднял глаза к зеркалу. Много раз он читал  статьи об изучении свойств зазеркалья. Дима всегда смеялся над ними, называя их антинаучными, достойными стареющих одиноких бабушек, повернутых на спиритизме и желающих встретиться со своими покойными мужьями или, в лучшем случае, с духом Наполеона, чтобы поговорить о его взглядах на современную политику Франции.

Но, в его машине не хватало именно этого, то есть зеркального отражения… Опускаю ход его мыслей, связанных с зеркалом, но именно зеркало или тот эффект, который оно даёт, послужило последним звеном в его работе, связанной с созданием, как он паффосно называл, машины мечты. А проще — машина времени. Не являясь специалистом в этой области, я затрудняюсь привести её научное название. Хотя бы потому, что она, машина времени, по своей сути, как мне кажется, уже вненаучна. «Вне» я употребляю из-за того, что представить себе параллельные миры, абсолютность и в тоже время относительность времени, мне не дано. Но это, ни в коей мере не исключает факт существования оного, равно как и возможность управления временем.

Возвращаемся к нашему герою, стоящему с выпученными глазами перед зеркалом и со следами небритости  на лице. Оставалось чуть больше  часа. Смит никак не мог понять, почему так быстро прошли последние полтора часа – как будто бы всего-то и успел, что выбросить бритву и посмотреть на себя в зеркало. Но факт есть факт! Надо спешить. Благо лаборатория рядом, то есть здесь в соседней комнате, а сама машина в подвале его дома. О ней даже Френк не знает, хотя она построена тоже на его деньги!..

Трясущимися руками, как убийца, впервые совершивший преступления и скрывающий в состоянии аффекта следы содеянного, Дима Смит стягивал чехол  со своего детища! С легким шумом он упал на пол. Перед его глазами открылось весьма странное сооружение, очень напоминающее кресло дантиста, которое оснастили массой электроники. Существенным отличием были, разве что, монитор и, непонятно для чего висящий над головой предполагаемого пациента, огромный светящийся шар.

Смит подошел к пульту управления, достал из кармана  ключ и вставил его в едва заметную щель. Установка будто бы ожила: замигали лампочки, засветился и открылся шар. Быстрыми и уверенными движениями пальцев Смит, как  пианист, «заиграл»   на клавиатуре, находящейся внутри шара. Он вводил программу «зеркала»…

Стрелки часов показывали без пяти двенадцать. Времени почти не оставалось. Правда, всё было уже готово, кроме одного. Он так долго думал  и мечтал об этом, но никогда всерьез не верил, что путешествие во времени, возможно. Вот, если бы он додумался до этого, поистине простого решения  с  » зеркальной» программой, двумя неделями раньше, у него было бы время на подготовку. По-крайней мере на простейший эксперимент: он мог бы перенести своего любимого кота на пять минут вперед и посмотреть, что из него получиться и выживет ли кот вообще. Правда, что там кот? У него самого все равно сейчас нет выбора — через пять минут придет Френк и … Это равносильно смерти, а может быть и сама смерть — ребята у Френка сначала действуют, а уж потом думают.

Остался последний вопрос — куда и в какое время? В этот момент  он вспомнил свою книжку, давно прочитанную в детстве. А почему бы и нет? Вадь он и так часто представлял себя в подобных обстоятельствах, специально, будто зная, что когда-нибудь это может понадобиться: изучал оружие, взрывчатки, механику и многое другое, что на первых порах могло бы ему пригодиться — попади он в средневековье. Так, что же? Вперед!

«Сегодня решительно мой день! — подумал Френк, подъезжая к дому Димы Смита. — Этот олух так ничего и не понял. Он по-прежнему думает, что меня интересуют его жалкие почеркушки или те дурацкие статьи с их эконом эффектами». Хотя адвокаты, наведя справки о действительном положении и состоянии Димы Смита, объясняли своему работодателю, что и статьи и «почеркушки» имеют свою ценность и немалую. Но, что это могло значить в сравнении с тем огромным и, как казалось Френку, бесконечным богатством и властью, открывающимися ему в случае удачного окончания работ Димой Смитом.

Френк чувствовал, что напрасно так напугал Смита: ведь не деньги же его интересовали… » Как бы он ничего не выкинул, — подумал Френк. — Но мои ребята круглосуточно дежурят возле его дома, — мафиози немного успокоился. — Мимо них не пролетит даже муха. Значит, Дима все еще находится в своем доме. Он сказал, что все уже законченно. А это значит… О. Боже! — Френк опять начал волноваться. — Только бы этот придурок не догадался об истинных причинах моей заинтересованности». — Фрэнк опять начал волноваться.

В последнее время нервы у Френка были на пределе. Они, буквально, звенели, как перетянутая гитарная струна. И точно так же, как в этой плохо настроенной гитаре, звенели невпопад. Он решительно нуждался в отдыхе.  Мысленно представил море, яхту и прекрасную туземку с гирляндой роз на шее.  Легкий морской ветерок развивает ее иссинечерные волосы; с берега, не далеко от которого на рейде стоит яхта, доносится заунывная песня. Так умеют петь только… Машина резко затормозила возле дома Смита. Френк очнулся от своих иллюзий и злобно посмотрел на молодого парня, сидящего за рулем его автомобиля. В другой ситуации он бы даже не заметил такой остановки, но только не сейчас. Этот парень давно его раздражал – в нем было все то, чего так не хватало Френку: молодости и бесшабашности. Надо сказать, что Френк тоже не был стариком – ему не было даже тридцати, но при взгляде на этого веселого двадцатилетнего  парня, Фрэнка съедала злоба. Наконец он выбрал, кто будет тем первым! Надо только подумать, как сделать так, чтобы этот первый не догадался и вообще ничего не понял.

«Сторожа» стояли на другой стороне улицы, ничем не отличаясь от остальных людей. Легким кивком головы один из них дал понять Френку, что «птичка по-прежнему в клетке». Впрочем в этом Френк  и не сомневался — вот, если б им нужно было бы пошевелить мозгами или, того хуже, проявить интеллект: вот тогда была бы причина для сомнений в их успехе. А охранять, стеречь, «выбивать»  информацию или, как говорят  копы, показания – в этом они были спецы.

Все шло нормально,  но какое-то  нехорошее предчувствие не покидало шефа. «Все-таки надо было самому поговорить  со Смитом, а не поручать эту беседу своим адвокатам» – не успокаивался Френк. Тогда как ноги автоматически несли его к входным дверям.  Вот и двери. «Еще секунда и все выяснится! Но почему так долго никто не подходит к дверям?”- подумал Фрэнк, нервно нажимая уже в который раз на звонок.     .

Весь дом Димы Смита был напичкан «жучками», как рождественский пирог изюмом.  Двадцать минут назад, находясь еще в машине, Френк слышал через «прослушку», что  по дому кто-то ходит. Этим кто-то мог быть только Смит. К дверям по-прежнему никто не подходил. Дом как бы вымер.  Рука Френка потянулась в карман, в ней появился замысловатый крючок, и двери нехотя открылись: пригодились навыки, приобретенные в юности. Но никакие навыки не могли помочь Френку найти уже несуществующее, т.е. то, что уже отсутствует, по крайней мере, в этом временном измерении. Правда, Френк  пока еще так глубоко в своих мыслях не зашел. Он привык иметь дело с реальным миром и жить по реальным законам. Вдруг его обдало, как  холодом, ком поднялся к горлу.…  Неужели самое худшее уже случилось? Отгоняя плохие мысли из головы, Френк кинулся по ступеням в подвал. Он оказался заперт изнутри.  «Этот балбес решил спрятаться от  меня в подвале, — решил    Френк и ему стало легче. — Нет обязательно надо на море! » — Мафиози силой воли отогнал от себя эти крамольные мысли и с такой же силой, но уже плеча, навалился на дверь. После второй попытки двери поддались и с грохотом полетели вниз по ступеням. В подвале горел свет и неприятно пахло чем-то горелым.

Сев в кресло, Дима пристегнул себя специальными металлическими пластинами. Правую руку положил на портативный пульт, который пристегнул к поясу, в левой  держал дистанционное управление.  “Еще секунда и обратной дороги уже не будет, хотя бы потому, что для возвращения нужно иметь такую же машину (или аналог) и электросеть с огромным напряжением…  и многое, многое другое, возможное только при определенном уровне цивилизации”, – Дима с горечью обвел глазами покидаемую им лабораторию, место почти сбывшихся надежд и ожиданий…

«Может лучше вперед в будущее, — подумал Смит и тут же отказался.– Нет, в будущем я  буду, как шимпанзе в клетке. Я буду, как дикарь, привезенный Колумбом из Америки в Европу! » Подобная перспектива ни в коей мере его не устраивала. Да и времени на перепрограммирование  не оставалось – он слышал над головой шаги. Видимо,  Фрэнк уже в доме.

«Какая досада! Я совершил действительно великое открытие,   дающее   людям безграничные возможности влиять на бег истории. Можно предотвратить войны, эпидемии, катастрофы.… Сделать жизнь на Земле более совершенной. Если бы у меня было немного больше времени, я смог бы сделать грузовой модуль. Представьте, гений Леонардо в Наше Время… Ньютон и Эйнштейн мирно беседуют, сидя у камина. Ну, а вместо Гитлера, Ленина, Сталина и им подобных был бы, конечно же, аборт». —   Дима рассмеялся от собственных мыслей – его первый смех за сегодняшний день. И, видимо последний.

«А вместо всего этого позорный побег из собственного дома. Ха! Что там из дома?  Из  собственного  времени! «- с этими, совершенно не радостными (как подобало бы случаю) мыслями Дима Смит нажал на кнопку.

Несколько секунд, показавшихся ему вечностью, ничего не происходило. Он уже хотел повторить попытку, но тут вспомнил. Что не зарядил батарейки в пульт дистанционного управления. Понадобилось еще полминуты, что бы  достать их из контейнера,  предусмотрительно вмонтированного в подлокотник, и вставить в пульт. Вторая попытка оказалась удачной – сразу же что-то загудело в середине шара. Кресло вздрогнуло, а ремни автоматически притянули его плотнее к креслу. Гул нарастал с каждой секундой. Внезапно ему захотелось спать и, уже в полусонном состоянии огромным усилием воли заставляя себя открыть глаза, Смит увидел, что помещение, в котором он находится, растворяется, а по лестнице, ведущей наверх, слетает вниз по ступенькам какой-то предмет, напоминающий дверь. Но в этом он был уже не уверен: уж больно все было прозрачно и расплывчато… Дима погрузился в темноту. Его сознание отсутствовало или, по крайней мере, он им не мог управлять…

——————————

“Какой ужасный запах! Пахнет горелым мясом и перегоревшей проводкой! Что за фокусы? — в недоумении думал Фрэнк, опускаясь по ступеням в подвал. — Тут явно что-то произошло!“

Взгляд его упал на кресло, очень напоминающее стоматологическое, над ним с огромной скоростью крутился шар. Неприятный запах горелого мяса исходил от  кресла.  Фрэнк прикоснулся машинально к подлокотнику и с криком отдернул руку – два пальца, коснувшиеся кресла, у него пропали. Но самое интересное или, вернее сказать, необычное было в том, что дикая боль, возникшая секунду назад, бесследно прошла. Правда, на месте отсутствующих пальцев не было ничего, т.е. совсем ничего. Даже шрама! Просто в том месте, где им полагалось,  быть была пустота. И опять же, не пустота, потому как он чувствовал отсутствующие пальцы – они вроде бы что-то трогали. Фрэнку показалось, что он сходит с ума. К этому времени шар начал замедлять свое вращение;  и только теперь Френк обратил внимание: шар ничего не касается – он, как в телепередачах о космонавтах с орбиты, висит просто в воздухе. Через секунду шар остановился. Достав из кармана платок, Френк бросил его на подлокотник кресла, который несколько секунд назад похитил его два пальца. Однако с платком ничего не произошло.

— Френк! Где ты? — донеслось сверху.

—Здесь я! В подвале! Спускайтесь сюда и позовите Билла. Это мой новый водитель, – отозвался Фрэнк

Через минуты две Билл в сопровождении двух горил спускался в подвал. Как бы  невзначай Френк попросил его подать ему его носовой платок, лежащий на кресле. Сам же он сидел уже на обыкновенном стуле и делал вид, что сильно закашлялся. Левая рука, с отсутствующими пальцами покоилась в кармане пиджака. Билл спокойно взял платок и подал его Фрэнку.  Уже после Билл, направляясь к автомобилю и припоминая события в подвале, с удивлением отметил, как странно смотрел на него Френк, когда он подавал ему платок. Было ощущение, что Фрэнк не просто брал платок, а ощупывал ему пальцы. “Если шеф  еще не свихнулся, то этого нужно ждать в скором будущем“, – заключил он, открывая бутылку безалкогольного пива.

Но это было потом, а сейчас Френк сидел на стуле и тупо смотрел на платок. Он все понял. Это произошло! И он опоздал на несколько минут. Ну, что ж! От  него еще никто так просто не уходил, да еще прихватив с собой его два пальца, которые (он был в этом абсолютно уверен!) продолжают жить своей независимой от  него жизнью.

Если б он, хоть чуть-чуть разбирался в этих всех приборах или, по крайней мере, внимательней слушал объяснения   Смита.…   Хотя стоп! Какое внимательней? О существовании  подвала, а тем более того, что в нем ему, Френку, не было известно.  “Этот негодяй обвел меня вокруг пальцев там, где хотел его обвести я! – сокрушался мысленно Френк.

“ Делать нечего – надо самому во всем разобраться. Тем более что  вся установка цела и уже, судя по всему, прошла стендовые испытания“. – Френк по своей природной ограниченности не мог понять, что  исчезнуть в этом времени и месте совсем не означает благополучно появиться в другом. Но об этом позже.

А пока у Френка хватило ума и осторожности сначала разобраться в устройстве, а потом уже “с головой в омут“.

Разобраться оказалось легло  — на столе лежали рабочие записи, в которых Смит, по присущей ему аккуратности и точности, вложил так называемую   “Инструкцию по эксплуатации“. Ничего глупее придумать было сложно – Дима просто забыл взять ее с собой или уничтожить. Она была написана на случай, если у Димы в самый последний момент или после, например, неудачного  первого эксперимента с собой. Возникнут проблемы с памятью. Но из-за батареек Дима действительно отвлекся и совершено забыл про свой дневник. А не то, что про  “Инструкцию“. Одним словом и дневник и “Инструкция“  попали в руки к Френку. Чтобы разобраться в инструкции нужно просто уметь читать, сложнее с Дневником – здесь необходимы хотя бы базовые знания школьного курса физики и математики, которые, естественно, отсутствовали у мафиози.

Однако настроение у Френка постепенно налаживалось; взглянув на последние события еще раз, он успокоил  себя окончательно – два пальца это не такая уж высокая цена за то, что сейчас в его полном владении. Заметьте, что даже с юридической стороны он являлся полным хозяином всего. Что тут (в этом доме) находилось. А уж его адвокаты постараются, чтобы не было сюрпризов.

Оставалось одно – проверить машину на ком-то.  Имея время, которого так не хватало Смиту, Френк не хотел рисковать,  все ж таки история с пальцами заставляла его быть осторожным. “Жертва“, а точнее сказать, “подопытный кролик“, стояла перед ним, удивляясь странной просьбе о носовом платке, которым он, шеф, так и не воспользовался.

Френк не хотел, чтобы кто-нибудь из его, и не только  из его, людей знал о существовании машины времени. Причина проста – в его планы никогда не входило делиться  или, того хуже, иметь конкурентов там, где их быть не должно. Эта простая философия вела Френка всю его жизнь, наполненную в юности постоянными приключениями.

Возможно, если б Френк родился в другой семье у других родителей, рос в нормальной (в смысле не криминальной среде) из него бы вышел знаменитый путешественник-первооткрыватель: своего рода Миклухо-Маклай и Крузенштерн в одном лице. Но судьба распорядилась иначе, и теперь перед нами сидел человек, даже не подозревающий о существовании этих людей когда-то в нашем мире.

продолжение гл.2 см. по ссылке  http://wp.me/p2UTw4-Ga

 


Мне очень интересно Ваше мнение о сайте